Заслуженный врач РФ

Его опыт эксперта в судебной медицине может лечь в основу увлекательного детектива. Или романа, полного романтики и приключений. Он — такой. Олег Маркович Зороастров. Человек, влюбленный в свое дело и людей. Как может жизнелюбие и сердечность сочетаться с суровой правдой профессии? Не может. Но сочетается.


Вы могли отказаться от распределения в Тюмень?

Как секретарь комсомольской организации выпускного курса, я должен был понимать политическую задачу и свой долг. И понимал, конечно. Тогда, весной 1962 года, к нам в Ижевский мединститут приехал главный врач первой городской больницы Тюмени Аркадий Асланян. Мы встретились с ним и он попросил меня подобрать 30 хороших выпускников для Тюменской области, включая меня самого. По моей специализации он предложил место судмедэксперта в Ишиме. Так и распределился.

Сразу после выпуска я женился, и мы вместе с Тамарой отправились с парой чемоданов в Сибирь. Остановились в тюменской гостинице «Заря». Меня почему-то поселили в четырехместный мужской номер, ее — в аналогичный женский. Наутро пошел в Облздрав оформляться. Меня, выпускника (а он лично разговаривал с каждым выпускником!), принял сам Юрий Николаевич Семовских, заведующий областным отделом здравоохранения. Человек-легенда! И неожиданно он говорит, мол, давай не в Ишим, а лучше — в Ханты-Мансийск: «Вы, ребята, не пожалеете — там такое развитие начинается!»

После четырех месяцев практики в Тюмени, мы с женой отправились в Ханты-Мансийск. В самые декабрьские морозы.

Жена не напугалась?

Напугалась, понятное дело. Сразу-то нас приютил мой друг Костя Коврижников, который там немного раньше обосновался. Потрясающий человек был. Его отец и дед были немалыми чинами в царской армии. Голубая кровь, интеллигенция. Сам Костя, а он был старше меня на 10 лет, поступил к нам в институт после того, как вернулся из китайской эмиграции. У него уже имелся хороший опыт — оперировал на корейской войне. Соответственно, в Ханты-Мансийске ему сразу предложили должность зама главного врача по лечебной работе. У него было хорошо, но не на век же мы тут устроились. Но и потом мы общались и дружили с Костей годы...

Выделили нам квартиру. Полгода не топленная, холод жуткий, дрова сырые, дымят, не горят. Вот тут моя Тамарочка и заплакала. Кое-как перекантовались ночь и наутро я решительно пошел выбивать хоть маленькую, но теплую комнатку. Однако чтобы в нее въехать, мне пришлось заодно «выбить» и лошадь — для того, чтобы перевезти вещи прежней хозяйки комнаты, которая переезжала в другое жилье.

Вы приехали на комсомольско-молодежную стройку. Разве там был фронт работ для судмедэксперта?

Везде же люди, всякое случается. Первая моя командировка оказалась в Березово на суицид. Летел на АН-2, том самом, что на лыжах. Январь. Больница стоит в лесу.. Мне главврач говорит, после необходимых манипуляций, что сейчас пойдем на охоту. Я удивился — как на охоту? Надо же то, се. Оказалось все проще: мы вышли на крыльцо больницы и он стрельнул из ружья в глухаря на дереве. Кругом же тайга!

А я стою потрясенный не столько от охоты, сколько от самого факта, что нахожусь там, где был в ссылке сам Александр Меньщиков. Жаль, конечно, что дом его сполз с обрыва, зато лиственница, что помнит его, сохранилась. Это было удивительно...

Север был не в тягость?

Мы пробыли там четыре года. Это было такое счастье, хоть я не сразу его осознал. Но вообще довольно быстро полюбил и те края, и людей местных, и свою работу. Кроме того, я же развел там бурную самодеятельность — как без этого-то! В Ижевске клуб, который я организовал при мединституте, даже охраняла конная милиция, так он был популярен. На шестом курсе мне по случаю достался политический фельетон, от которого отказался Аркадий Райкин. И с ним я стал лауреатом разных премий. Мне нравился такой разговорный жанр, даже поступал в ГИТИС, но не прошел через 99 конкурентов на одно место. Впрочем, все к лучшему.

И здесь, на Севере, мне было очень интересно заниматься творчеством и общественной деятельностью. Меня быстро продвигали по линии комсомола: секретарь окружкома, член Тюменского обкома ВЛКСМ. При этом у меня, единственного в округе судмедэксперта, было по 40 командировок в год. Ездил на всех мыслимых видах транспорта: лошади, олени, вертолеты, самолеты... Разве что на лыжах не ходил.

В 1963 году в Тюмени открылся медицинский институт. На тот момент я думал об аспирантуре и серьезно готовился к ней. Со Свердловском не сложилось, и спустя год (опять все к лучшему!) поступил в аспирантуру Второго медицинского института в Москве.

Примечательно, что у меня на тот период не сложилась не только уральская аспирантура — взяли местного специалиста, но и поездка в Англию по линии комсомола. Тут причина была другая, я узнал о ней позднее и страшно удивился. В отличие от меня, те, кто проверял анкеты, были в курсе, что мой дед служил офицером в царской армии. С 1914 по 1917 год находился в Вене, в плену. Освободили — вернулся в Ижевск. Но в Ижевск пришла армия Колчака, и его забрали в эту армию. В 1918-м дед умер.

Честно сказать, у вас и фамилия не заурядная.

(улыбается) Тоже потом выяснил, что она так-то не по крови была дана моему пра-прадеду. Он носил фамилию Рудинский, но синод в начале 19 века присвоил ему за заслуги в богословской науке эту фамилию. Так мы, его потомки, все стали Зороастровы.

Москва не затянула вас насовсем?

Меня в аспирантуру отпустили со скрипом, взяв обещание, что я потом вернусь. И я вернулся.
В Москве жил в общежитии при институте, жена — за 200 км от меня у подруги в городе Ковров. По выходным уезжал к ней. Прекрасные были эти три года... Учился блестяще, на третьем курсе защитил кандидатскую. Устраивал на кафедре капустники. К нам все с удовольствием шли на посиделки. Стихи писал, вечера проводил обалденные. Еще работал на неотложке — не на стипендию ведь жить молодой семье.

В Тюмени в 1969 году стал ассистентом на курсе судмедэкспертизы в институте. Жили в общежитии № 1, которое и сейчас стоит себе. Еще на полставки работал в Бюро судмедэкспертизы. А потом, спустя полтора года, мне предложили освободившееся место руководителя этого Бюро. И я в 33 года стал начальником. Проработал на этом месте 38 лет.

Тюмень смогла стать родным городом?

А как же! Вся жизнь — более 50 лет — прошла здесь. Сюда перевез свою маму из Ижевска, здесь выросли мои дети, теперь растут внуки.

Руководящая работа не убила в вас специалиста?

Что вы! Как был экспертом, так всегда им и оставался. Я не бумажный руководитель, который боится потерять должность и остаться не у дел. Всегда знал, что заработаю у секционного стола на кусок хлеба. Более того, и сейчас делаю по договору самые сложные экспертизы, выступаю в судах. Приглашают...

Олег Маркович, вам это интересно по-прежнему?

Очень. Надо думать в каждом случае, напрягаться. Ведь ты у своего стола смотришь целую историю.

Знаете расхожее мнение, что в судмедэксперты, равно, как и в патологоанатомы, идут те, кто боится живых пациентов? Не согласны?

В романе Артура Хейли «Окончательный диагноз» его герой-патологоанатом входит в аудиторию и все врачи почтительно встают. Такая же реальная история была с моим профессором Давыдовским (завкафедрой во Втором медицинском в Москве). Патриарх. Изумительный специалист. Есть, знаете, просто «вскрывальщики» в нашем деле, а есть профессионалы высочайшего уровня. Без ложной скромности отмечу, что меня знали в нашей среде по всей стране — от Калининграда до Камчатки. И это отношение дорогого стоит. Я своим детям, дочери и сыну, всегда говорю, что мой самый главный капитал — отношение ко мне людей.

Как сочетаются в вас жизнелюбие и мертвый материал для исследования?

За каждым мертвым материалом стоит жизнь человека. Смерть — это этап жизни. Мне, как специалисту, надо установить самое главное — причину смерти. Почему умер человек. Это благородная задача, но и очень трудная. Как важно близким знать от чего скончался их родной!

А насчет сочетания, так во мне много противоречий. С одной стороны, я — материалист, многое знаю о теле. Но, с другой стороны, пытаюсь понять, куда уходит душа, в существовании которой у меня нет сомнений. Хочется познать и эту тайну...

Текст: Людмила Караваева. Фото: автора и из архива О.М.Зороастрова

Заслуженный врач РФ, доктор медицинских наук, профессор.
Начальник Тюменского областного бюро судебно-медицинской экспертизы (1971-2009), заведующий кафедрой судебной медицины Тюменской медицинской академии (c 1993).
Родился в Ижевске.
После окончания Ижевского государственного медицинского института в 1962 г. О.М. Зороастров работал судебно-медицинским экспертом в Ханты-Мансийском автономном округе. С 1966 по 1969 г. обучался в аспирантуре на кафедре судебной медицины II Московского медицинского института. В 1969 г. защитил кандидатскую диссертацию на тему: «Распределение и соотношение содержания этилового алкоголя в некоторых органах, тканях и выделениях человека».
Защитил докторскую диссертацию в 2004 году: «Экспертные критерии диагностики острого отравления этиловым алкоголем при исследовании трупа.»
С 1969 г работал ассистентом курса судебной медицины Тюменского медицинского института. В 1971-2009 г.г. являлся начальником Тюменского областного бюро судебно-медицинской экспертизы.
С 1993 г. заведующий кафедрой судебной медицины Тюменской медицинской академии (до 2009 г. — по совместительству). О.М. Зороастровым опубликовано более 180 научных трудов. Член президиума правлений Приволжско-Уральской и Сибирской ассоциаций судебных медиков, председатель правления Тюменского отделения Всероссийского общества судебных медиков.
Награжден Почетной грамотой Тюменского облисполкома и другими грамотами, медалями «За освоение недр и развитие нефтегазового комплекса Западной Сибири», «Ветеран труда», значком «Отличнику здравоохранения». В 1995 ему присвоено почетное звание «Заслуженный врач РФ».

Интересное в рубрике:
Морсы «Ями-Ями» можно попробовать только в Тюмени. При сроке годности в трое суток натурпродукт, сваренный компанией...
Его прадед стоял у истоков основания самого северного казахского колхоза имени Дальневосточной Красной Армии (он же ...
Всего два года назад ее жизнь была расписана, как партитура. Планы, программы, гастроли, музыка, музыка, музыка. Она есть и сейчас...
Прошли времена, когда общественная работа была уделом людей добрых, но чудаковатых, активных, но слегка «не о...
Он появился на свет и вырос вовсе не в Тюмени, но столько сделал для нее и так врос всем сущест...
Химик-биолог по образованию, много лет назад он по совету друга попал в студенческий театр и в итоге...
Один из самых популярных сегодня региональных Интернет-порталов — тюменский сайт для родителей «Детки!»...
Исполнительный директор автономной некоммерческой организации «Авиационный спортивный клуб «Юный авиатор», препо...