Радиоведущая, тренер по голосу, речи и публичным выступлениям
В доме ее бабушки полки стеллажей от пола до потолка туго заполнены книгами. Если в первом ряду стоит Булгаков, то, наверняка, за ним вы найдете соответствующую критику. Традиции семьи — это интереснейшие разговоры за столом, атмосфера любви, увлечения языками и литературой. Казалось бы, путь Марии и ее сестер с детства был предопределен.

Ваша бабушка, известный профессор, доктор филологических наук Анна Марковна Корокотина, оказала на вас большое влияние?

− Моя бабушка — безусловный авторитет и патриарх в нашей большой семье. При этом ее родители не имели к филологии ни малейшего отношения: ее отец после эвакуации из Москвы в Томск работал на заводе бухгалтером. Бабушка родилась в 1930 году в Щорсе, а вот моя мама и я сама — в Томске. Я этот город знаю плохо, но благодаря факту рождения в нём, маме и родственникам с её стороны — люблю.

Папина мама — тюменка, отец — украинец, подполковник ВДВ, именно поэтому мой папа родился в городе Советская Гавань, в первый класс пошел в Германии, в университет поступил в Тюмени. В итоге этот город собрал нас всех и стал домом. ⠀

Все началось с того, что в 1970-е тюменский педагогический институт поменял статус и стал университетом. Ректор Александров пригласил кандидата филологических наук Анну Корокотину, чтобы она создала здесь кафедру русской литературы — в Томске исторически всегда был очень сильный преподавательский состав. Решение переехать из Томска, где она окончила и школу и вуз, было сложным, тем более, что обеим её дочерям пришлось менять школу ближе к выпускным классам. Более 35 лет Анна Марковна преподавала русскую и советскую литературу, выпустила свыше ста дипломников, воспитала 12 кандидатов наук и несколько докторов наук. ⠀

Примечательно, что моя мама Ирина и ее родная сестра Татьяна были абсолютными гуманитариями, но первая окончила математический факультет ТюмГУ, а вторая — Индустриальный университет. Они не пошли на филфак, так как не хотели, чтобы у кого-нибудь хотя бы мысль появилась о «блатном» поступлении. ⠀

Но университет сыграл большую роль в наших судьбах не только из-за бабушки. Папу, студента историко-филологического факультета и маму свел вместе студенческий театр СЭН (Союз Энтузиастов) под руководством легендарного Владимира Рогачева. Мама рассказывала, что в красивого, умного и невероятно харизматичного папу было влюблено так много девушек, что оно твердо решила не пополнять их количество. Но что-то пошло не так... (улыбаемся) И я ее прекрасно понимаю.

Я абсолютно папина дочь, хотя его нет с нами уже более 20 лет. Все ценности в жизни и характер от него. Мне его очень не хватает... ⠀

Вас в семье почти по Чехову — три сестры. Вы близки с ними?

— Да, хотя живем в разных городах и сейчас даже странах. Старшую сестру назвали Анной в честь бабушки. Младшую — Ольгой, как прабабушек. А со мной вышла проблема. Папа даже сидел в Ленинской библиотеке и изучал значения имен, но все никак не мог выбрать самое достойное для его второй дочери. Его чуть в армию не забрали, так как меня официально еще не зарегистрировали и получалось, второго ребенка (при наличии двух детей в армию не брали) как бы и нет. В итоге я стала Марией и до сих пор шучу: «Вы долго так думали и были весьма «оригинальны». ⠀

Почему выбрали журфак?

− Я со школы обожала английский язык, хотела знать его в совершенстве и потому поначалу готовилась к поступлению на факультет романо-германской филологии. Однажды мама высказала решающий аргумент: «Английский можно учить параллельно с другой профессией. В год моего поступления на филфаке открылось отделение журналистики и этот факт всё решил! Ведь в классе шестом я сильно увлеклась музыкальным радио. Решила, что английский буду изучать сама, а работать на обожаемом мной радио. ⠀

Вероятно, вы очень рано научились читать?

− Почти с младенческого возраста я страстно любила листать книги. Не рвала страницы, не мяла и не черкала на них, как это бывает у малышей, просто подолгу перелистывала и рассматривала. Мама говорит, Маше можно дать книги и она будет час ними сидеть. А читать научилась вполне стандартно — в шесть лет.

Родители выписывали нам все существующие журналы и газеты для детей и подростков, а их тогда были десятки. Себе, кстати, тоже. Папа даже сам переплетал литературные произведения из журналов в книги. Когда в 90-х подписка стала работать плохо, я любила ходить в библиотеку и читать журналы «Ровесник» и «Мы».

Однажды, когда мне было около семи лет, в интервью Софи Лорен я прочитала её высказывание о том, что для женщины важен красивый голос. С той поры мне захотелось, чтобы у меня был такой голос. Я каждый день брала программки телепередач из газет и с выражением читала их вслух, как диктор. ⠀

И все же не пошли на ТВ. ⠀

− Потому что любила радио. Когда меня взяли на Радио-7, я поверить не могла в свое счастье! После первого курса все лето с фанатизмом проработала совершенно бесплатно там и была несказанно довольна. После второго курса пошла на кастинг на новую «Красную Армию», которой, собственно, еще и не было. На прослушивании претендентов оказалось человек сто, выбрали восемь. В итоге на «Красной Армии» осталась я одна.

Таким образом, с 2000 года я работала (подумать только — 18 лет!) на этой радиостанции, годами вела утренние, дневные, вечерние шоу. Была и программным директором и редактором и диктором. Да что я только не делала в эфире и вне его. У меня есть профессиональные награды и благодарности, что немудрено за столько лет. ⠀

Отчего покинули? ⠀

− Я до сих пор не чувствую, что «покинула» радио. Кажется, для меня это невозможно. Прихожу озвучивать ролики, что-то помогаю придумать, дружу с ребятами. Просто однажды поняла, что очень устала работать годами по 12-14 часов в день. Мне хотелось обучать людей, я отдавалась по полной и на радио и на своих мастер-классах. Отказывалась от приглашений в другие города и совершенно запустила здоровье. Пока такой период, безрадийный. ⠀

Как решились на новое дело?

− Оно было не новым по сути, так как я постоянно учила новеньких на радио — кому говор надо было убрать, кого обучить орфоэпии, кому помочь отточить дикцию. Я получила хороший совет от умного человека, что можно попробовать передавать свой огромный опыт. Через страницу в соцсетях набрала первых учеников. Не обещала ничего, просто написала на стене, что научу тому, что умею сама.

Два раза в неделю вечерами в течение месяца с полной отдачей мы с ними работали. Оказалось, что людям это нужно. ⠀

Не появился ли у вас пунктик — слышите человека и думаете, что вот это или то нужно поправить?

− Если это не мой ученик, абстрагируюсь. Никогда не буду поправлять собеседника, если он сам не просит, если у него нет потребности обладать благородной речью. Раньше очень переживала, что люди мало читают. Мне всегда хотелось, чтобы общество было интересным. Теперь спокойнее и к этому отношусь. ⠀

Как говорит Тюмень? Есть характерные особенности?

− Быстро говорим, зажевываем слова (буит — вместо будет, нраица — нравится). Много просторечий. В целом — мы носители уральского говора, хотя Уралом себя не считаем. Сразу замечу, что в самом говоре ничего особенно плохого нет. Это речевые особенности, которые могут мешать человеку в его профессиональной деятельности, а могут и не доставлять никаких неудобств. ⠀

А зачем нужны ваши уроки жителям, скажем, Милана или Тель-Авива?

− Наступило время, когда многие захотели учиться, а я могу помочь получить результат быстро. Очно и онлайн. Для итальянских гидов (и любых других!), например, важно владеть не только правильной речью без каких бы то ни было местечковых нюансов, но и уметь разговаривать не на связках, правильно распределять дыхание. Люди хотят заявить о себе в интернете, соцсетях, блогах, сторис — говорить красиво и уверенно. Что касается представителей бизнеса, то хорошо поставленная грамотная речь — необходимый инструмент.

Родители хотят быть примером детям. Словом, причины и потребности разные. ⠀

География ваших уроков и мастер-классов расширилась далеко за пределы не только Тюмени, но и России. Не тяжелы перелеты? Не планируете ли уехать из Тюмени?

− Насчет перелетов: люблю романтику путешествий, аэропорты, небо, дорогу. Ученики дали мне крылья, ведь я всегда мечтала много путешествовать и знакомиться с новыми людьми. Что касается Тюмени... Этот город меня знает и ждет. А еще у меня здесь любимые люди, мои бабушки, которым я очень нужна. А они — мне. ⠀

Текст: Людмила Караваева. Фото: архив Марии Кондратович.

Интересное в рубрике:
Хвала Всевышнему, что дает много работы и приводит ко мне людей, которым могу быть чем-то полезен. Меня это радует. Знач...
Режиссер самодеятельного театра, психолог, преподаватель, краевед, раввин тюменской синагоги Игорь Варкин начинал свою трудовую де...
Мама видела ее известным врачом, известный Константин Лагунов прочил ей писательскую карьеру, сама она с детства хо...
Он не открыл месторождений, но побывал практически на всех нефтепромыслах Югры. Отдав более полувека любимому ...
Он приехал в Тюменскую область из соседней Томской и двадцать лет работал журналистом на Севере, в С...
Она была и няней, и музейщиком, и «культурным замом». В настоящее время реализует информационно-об...